Сергей АЛЕКСАШЕНКО: Взгляд очевидца

Два вводных замечания. Первое, пишу этот пост для тех, кому интересно, что происходит на Украине (да, простят меня украинские друзья, но по правилам русского языка это должно звучать именно так….сорри…). Те, кто считает, что здесь хунта, жидо-бандеровцы и т.д., могут дальше не читать и не оставлять свои комментарии, я точно не собираюсь с вами спорить.

Второе. Не буду описывать состояние и проблемы украинской экономики и государства. Не потому, что я их не знаю, а потому, что они и так хорошо известны.

Меня интересовало, как эти проблемы будут решаться. Потому что многие из проблем у России с Украиной общие. И если нашим соседям удастся их решить, то, значит, удастся решить и России. Меня интересовало, можно ли уже сейчас увидеть «зеленые ростки» реформ, или еще рановато и нужно чуть-чуть подождать.

Главное, это, конечно, война. Которая меняет многое в человеческом сознании. И которая проявляется в том, что в киевских дворах появляются указатели «Бомбоубежище там». Или в том, что приближаясь к зданию администрации президента, ты при прохождении мимо полицейских кордонов слышишь шепот своего сопровождающего: «Помолчи немного – у тебя слишком ярко выраженный акцент». Или в том, что в разговоре с руководителями Нацбанка на все свои слова о том, что о том, что валютные ограничения лишь ослабляют курс гривны, ты слышишь печальный ответ «во время войны население банкам не доверят».

Или в том, что информация о росте расходов на закупки вооружений российской армией на 15-20% в год воспринимается в Киеве как однозначное указание на то, что Россия готовится напасть на Украину. А для чего еще нужны танки, как не для наступательных операций по захвату больших территорий? И поэтому решение украинских властей постепенно увеличить расходы на оборону с нынешних 1,4% до 5% ВВП, практически, никем не подвергается критике, не смотря на тяжелейшее положение бюджета.

Идя по Крещатику, задал сам себе вопрос: «А чем то, что я вижу, отличается от Москвы (если не брать во внимание внешний вид зданий и пр.)?» И, подумав немного, ответил: «Спокойствием. Отсутствием напряженности и озлобленности. Вежливостью». Такое эмоциональное состояние простых людей ( у которых доходы стремительно обесцениваются из-за инфляции, у которых платежки за газ и тепло начинают стремительно «тяжелеть») создает (пока) прочный фундамент для политиков при проведении тяжелых и болезненных реформ.

Сильной стороной украинской политики является гораздо более высокий уровень развития демократии в этой стране (хотя, не знаю, можно ли говорить о развитии демократии в России, или нужно говорить о ее подавлении). Все-таки уже пятый президент за те же самые 24 года. Двое проиграли выборы. Один не смог «продвинуть» наследника. Один лишился своей должности по решению парламента.

Сильная роль парламента и парламентских партий в формировании правительства. Необходимость строить коалиции и договариваться о стратегии движения государства. Необходимость тратить много сил и времени на согласование многих вопросов между президентом, парламентом и правительством, но … За это страна получила работающие социальные лифты в политике, которые меняют политические элиты, которые позволяют появляться новым лицам, с которыми будет ассоциироваться Украина завтрашнего дня.

Наши достоинства есть продолжение наших недостатков – и поэтому за более развитую демократию, за наличие свободных СМИ приходится платить. Платить сливами компроматов (реальных и вымышленных). Платить постоянно звучащей критикой властей с экранов телеканалов, основные из которых принадлежат олигархам, в том момент, когда интересы олигархов ущемляются. Платить тем, что любого представителя исполнительной власти могут в любой момент «выдернуть» на заседании Рады и потребовать отчета, во время которого можно услышать много неприятного, а, порой, и подвергаться риску физического контакта с оппонентом.

Олигархов на Украине не очень много, все хорошо известны, и у каждого есть свои многочисленные интересы. Интересы, построенные на специальных договоренностях с кем-то из прошлого (или позапрошлого, или поза-поза, или еще раньше) правительства о получении «в аренду одного метра государственной границы». Речь идет о том, что в России называлось «схемой Березовского» — управление финансовыми потоками государственных компаний. И, понятно, что когда у Коломойского отбирают потоки «Укрнафты», у Ахметова дотации на уголь, у Фирташа нулевые тарифы на прокачку газа, и т.д., то власть сталкивается с «сопротивлением  материала».

Главная линия защиты для власти, которую пока никому не удалось опровергнуть, — на место отставленных олигархов не приходят другие, близкие к нынешней власти (то есть публичные обвинения в этом звучат, но доказательств пока никто не представил). Обещание правительства провести открытый конкурсный отбор руководителей госкомпаний, если его удастся реализовать, может показать, что слова власти не расходятся с ее делами.

Публичность принимаемых решений яркая черта современной украинской власти. Иногда, она идет на пользу (об этом чуть ниже), а иногда – тормозит процесс. Как, например, это случилось с поиском руководителя Антикоррупционного бюро (того самого, от которого, как черт от ладана, отказались российские власти). В условиях объявленного конкурса (176 заявок) содержалась одна-единственная фраза (наличие 10-тилетнего стажа работы в судебно-правоохранительной системе), которая отсекла от участия в нем тех, кто такого стажа не имел, но зато имеет опыт антикоррупционных расследований, имеет необходимые для этой должности упорство и стойкость.

В итоге в финале этой конкурсной гонки остались, как шутят киевляне, «сирый да убогий» (фамилия одного из кандидатов –Серый), ни один из которых (по той публичной информации, которая доступна всем) не представляется мне очевидно удачным выбором.

Набор проблем, которые предстоит решать украинским властям огромный. И ни для кого не стало открытием то, что имеющаяся государственная бюрократия не может эти проблемы ни решить, ни даже предложить пути их решения. И украинские власти пошли на то, чтобы привлечь в госструктуры большое количество молодых успешных людей из бизнеса, не имевших, зачастую, вообще никакого опыта работы в госструктурах. Чем-то похоже на приход «завлабов» в российское правительство в начале 90-х.

Главная разница состоит в том, что пришедшие во власть бизнесмены имеют опыт принятия управленческих решений, умеют обсуждать проблемы и приходить к поиску решений и при этом не заинтересованы в «беге по кругу», готовы брать на себя ответственность и хотят добиться успеха. Сейчас рано оценивать результаты их призыва, но советую  потратить 10 минут зайти на сайт www.reforms.in.ua, где обозначены основные направления реформ, указаны ответственные, показаны цели, планы-графики, материалы, выносимые на обсуждение Совета по реформам (куда входят на паритетных началах представители всех ветвей власти во главе с президентом, премьером и спикером Рады).

Хотя все материалы только на украинском языке понять то что и как предлагается делать – можно. А после этого можно для сравнения зайти на сайт российского правительства, или Минэкономики, или Открытого правительства посмотреть какие проблемы нам вынесены в повестку дня и  какие решения планируется принять.

В отличие от российских реформаторов 90-х, которые сосредоточились на экономике, отдав судебно-правоохранительную систему на откуп «старшим товарищам», нынешние украинские власти сразу берут быка за рога: люстрация, аттестация судейского корпуса, тотальная проверка работников прокуратуры на соответствие доходов и имущества, расформирование ГАИ.

Вывод от моей очень короткой поездки звучит так: похоже, маховик реформ на Украине постепенно раскручивается; многие решения уже приняты, но их эффект станет виден через какое-то время; украинские политики хотят изменить страну, а общество (естественно не сильно радующееся инфляции и росту цен на газ) поддерживают его в этом желании.

Одним словом, Украина начала свое движение от «совка». Буду надеяться, что всерьез. Я желаю ей успеха!

Источник glavpost.com

Комментарии:

Внимание! Ваш e-mail не будет опубликован. *поля для обязательного заполнения!

Cancel reply