Крым: второй год и не наш, и не ваш

Крым встречал майские праздники георгиевскими ленточками, российскими триколорами, парадом в Севастополе и концертом в столице. Что скрывается за этой картинкой, какова крымская повседневность, о чем говорят крымчане и на что они надеются — в материале РБК-Украина.

Полуостров за границей

— Почему не указали в миграционной карте, куда направляетесь? — вполне дружелюбно спросил меня российский пограничник на малоизвестном пропускном пункте административной границы с Крымом.

Тут, в Чаплынке, фактически нет очереди — все желающие въехать на аннексированный полуостров перед майскими праздниками, сосредоточились в Армянске, ожидая пропуска по 6-12 часов.

Я механически отвечала на вопросы россиянина в форме, своеобразно растягивающему слова. Смотрела, как он заполняет за меня пропущенные строки в «миграционке» и пыталась подавить в себе ощущение чужака — чувство непринятия того, что мой украинский паспорт, в котором указано «место рождения — Симферополь», под разными ракурсами рассматривает пришлый, чужой человек. Человек, который объясняет мне, как надо вести себя на моей родной земле, человек, никогда не живший на полуострове и слабо себе представляющий, что такое Крым.

На административной границе с российской стороны множество ситуаций, дающих тебе понять — это больше не твой Крым. Располневшие и неприятные женщины в форме в увеличительное стекло рассматривающие выбитые в украинских паспортах серии и номера. Таможенники, заглядывающие в бензобаки легковых автомобилей, проверяющие при помощи зеркал днища всех проезжающих машин. Вывернутое содержимое багажников и пристальное изучение «запаски».

Оказавшиеся рядом водители фур с украинским молоком, часто ездящие в Крым, рассказывают, что раз на раз не приходится — иногда просто ограничиваются просмотром сопутствующих документов, а иногда — устраивают настоящий обыск.

— Наши поприятнее будут, — поделился впечатлениями от украинского кордона, который остался позади, водитель одной из фур. — Хотя не любят нас, тех, кто продукты в Крым везет. Но такой шмон и шухер не устраивают. Если документы в порядке — спокойно проедешь, только очереди выматывают. Грузовым автомобилям приходится пропускать всех пешеходов и легковушки.

Крымчане на границе — на особом положении. И ведут себя по-особому. Часто украинским пограничникам показывают синие паспорта с трезубцем, а в нейтральной 1,5-километровой зоне, они «превращаются» в красные с двуглавым орлом.  Кто-то показывает разные паспорта, чтобы избежать дополнительных расспросов и добиться лояльного отношения к себе. Для некоторых показать российским пограничникам родной для них паспорт — принципиально.

— Я не могу показать свой настоящий паспорт в Украине, — сказала моя попутчица, коренная крымчанка, голосовавшая за российский Крым. — Вы же не признаете. А я горжусь своим гражданством!

Не стоит пребывать в иллюзиях — российские паспорта в Крыму у многих. Даже у тех, кто осуждает аннексию, ненавидит оккупантов и по-прежнему верен Украине. Такие крымчане вынуждены оформлять местные документы — никто не хочет проблем, да и собственность приходится регистрировать в соответствии с российскими законами.

Впрочем, украинская граница рьяных патриотов РФ, поспешивших обзавестись не только новым паспортом, но и избавиться от украинских автомобильных номеров, прав и техпаспортов, на материк не пускает. Пытающихся проехать по недействительным документам, в которых указано, что Крым — федеральный регион другой страны, раньше ссаживали с поездов, а сейчас, в лучшем случае, заворачивают назад.

В худшем — пограничники вызывают наряд СБУ, у псевдороссиян изымают права, документы и автомобиль. Затем их отправляют  в ближайшее отделение — до выяснения личности. Таких случаев не так уж и много.

Но и без договоренностей не обходится. Знакомый, который пытался пересечь Чонгар с украинским паспортом и российскими правами, выложил 300 долларов на украинской границе — пропустили.

— Поначалу был целый поток граждан, которые пытались доказать, что их паспорта — паспорта РФ, а Крым — не украинский. Но сейчас таких случаев очень мало, до 2-3 в месяц. Все уже разобрались, где у них родина, — грустно пошутил украинский пограничник.

На материке люди в форме вообще охотно общаются с проезжающими, часто улыбаются, проявляют терпение, нередко шутят. Но с проблемными документами проехать сложно.

Основная проблема крымчан — отсутствие фотографии в паспорте по достижению 25 лет. В Крыму вклеить фото в украинский паспорт невозможно, поэтому молодым людям приходится до дня рождения выезжать в Херсон, Николаев или Запорожье — в зависимости от того, где и какой регион Крыма обслуживают.

Те, кто не хотят и не могут тратить свое время, обращаются к недавно созданным в Херсоне и Николаеве нелегальным и почти подпольным фирмам-посредникам.  За 1-1,5 тысяч долларов можно сделать украинский паспорт с херсонской пропиской. Просто сменить адрес регистрации с крымского на материковый — до 800 долларов, а отправить документы курьером и вклеить вторую фотографию — от 300 до 500 долларов.

Крымчане-украинцы жалуются, что официальная Украина никак им не помогает, а денег на услуги частных фирм, которые зачастую работают в иностранной валюте, есть не у всех. При этом, волонтеров, занимающихся проблемами полуострова, также немного.

На российском участке административной границы не пропускают несовершеннолетних, у которых нет сопровождающего или нотариально заверенного согласия обоих родителей на одиночное путешествие. Пересекая с национальным паспортом российские кордоны, украинцев часто спрашивают, есть ли у них загранпаспорт.

Те, кто дают документ — получают штамп российского пропускного пункта «Перекоп», что может вызвать вопросы при въезде в Европу. Поэтому «загранок» с собой зачастую фактически ни у кого нет, но они спасают, если в украинском паспорте не вклеена вовремя фотография.

Тишина и порядок

Ощущения от жизни в Крыму двойственные.

Те, кто поддержал аннексию, считает, что Крым — только начал развиваться. Что «дома» полуостров получит все необходимые блага, а впереди у крымчан — пресловутое светлое будущее в «великой стране».

Сторонники Украины кроме негатива и ухудшения социально-экономического положения полуострова не видят ничего и живут надеждой на слияние с материком. На каждый аргумент одних — контраргумент других.

Кто-то видит «полицейское государство», кто-то — закон и порядок.

Порядок на полуострове — состояние, которое лучше не нарушать. В пределах 10-20 км от границы сталкиваемся с патрулем ГИБДДшников из 8 человек. Не церемонясь, они тут же объясняют, что тонированные передние стекла запрещены законами РФ, и все, находящиеся на учете в Крыму автомобили обязаны «осветлиться», или хозяина ждет штраф в 1,5 тыс. рублей (около 500 грн).

Не меньшие взыскания грозят  не пристегнувшимся ремнями безопасности водителю и пассажирам, а также разговаривающим за рулем по телефону. Нарушения правил дорожного движения и требований полиции легко могут обернуться лишением прав сроком до года.

Крымчане говорят, что «менты лютуют». По словам симферопольцев, оклад партрульных и сотрудников ГИБДД не меньше 10 тыс. гривен в украинском эквиваленте.

— Взяток не берут! Во-первых, хорошо зарабатывают. Во-вторых, бояться, что на них донесут, — рассказал об особенностях повседневной жизни сосед.

Стукачество не просто развито, но и активно поощряется. Нередко можно встретить объявления с телефонами, по которым предлагается звонить, если у граждан вымогали взятку сотрудники правоохранительных органов или в госучреждениях. И они звонят.

— Купил машину, деньги на нее собирал, в Краснодар за ней  ездил, — рассказал знакомый симферополец, работающий чиновником низкого ранга. — Только приехал, меня вызвали куда следует. Мол, объясните, какие у вас доходы, откуда деньги? Оказывается соседка — старушка настучала.

— И что, удалось коррупцию побороть? — спрашиваю я.

— Если верить статистике официальной — да, а на самом деле — она просто стала подпольной.

У этой медали есть и другая сторона — крымчане говорят, что появилось чувство защищенности. Присмирел часто пьющий и кидающийся на пожилых родителей с кулаками сосед. В украинском Крыму ему ничего не грозило — милиция приезжала, забирала в участок и в результате предлагала разобраться самостоятельно, по-семейному, как говорится. Вызов полицейских, которые руководствуются российскими законами, обернулся закрытием на 15 суток.

Чувство защищенности также зиждется на осознании «мощи и силы российской армии». Один полковник, ушедший в отставку еще до аннексии, рассказал, что «присоединение к России состоялось бескровно и быстро только благодаря военным».

— В новом фильме «Крым. Путь на родину» показали сказку, — сказал бывший военный, принимавший непосредственное участие в крымских событиях. — Никакие байкеры «Ночные волки» тут не сражались за Россию, и вклад местной самообороны значительно преувеличивают. Все сделали военные. Особенно проявил себя чеченский спецназ, который и захватил Верховный совет Крыма в самом начале.

Ловлю себя на мысли, что и пристегиваются за рулем, и не дебоширят не из-за сознательности, а из-за страха наказания, которое обязательно будет. Боятся многие. Те, кто не боятся — опасаются.

— Тихо, ты что? — слышу я от друзей, когда в публичном месте пытаюсь в вполне вежливых выражениях обсудить политику Владимира Путина.

«Думай, что говоришь», «потом к нам придут», «давай сменим тему, вдруг кто-то услышит» — об эти фразы разбиваются все разговоры о политике, которые уже давно ведутся на кухнях.

Забыли предупредить

В симферопольской небольшой поликлинике — очередь в кабинет врача. Ожидающие приема пациенты беседуют о разном, в основном — о дороговизне продуктов, что во многих больницах сократили персонал.

Кто-то говорит, что работы нет. Медсестра, вклинившаяся в разговор, напротив, уверяет, что все санатории полуострова «национализированы» и работают круглый год. Но, в целом, очередь собралась из не особенно довольных жизнью граждан.

— Вы на референдум ходили?

— Конечно, — гордо ответила одна громко возмущающаяся женщина. —  Голосовала за Россию!

— Почему же вы теперь недовольны?

— Нас же не предупреждали, что так будет! — ответ прозвучал растерянно и по-детски наивно.

Условно, моих земляков, голосовавших на псевдореферендуме за российские триколоры можно разделить на несколько категорий.

Есть те, которых не предупреждали. Многие из них поторопились порвать украинские паспорта, а теперь спрашивают, как сделать новые. Некоторые спешили оформить российские номера, теперь просят у знакомых машины с украинскими, чтобы выехать на материк.

Им многое не нравится, но парадоксально — они продолжают поддерживать аннексию Крыма. «Зато у нас не стреляют!», — железобетонный аргумент, которым придавливаются все дискуссии.

Есть и те, кто понимает, что быстрых перемен и улучшений не будет. Они готовы потерпеть непомерно высокие цены, полупустые полки, и небольшое количество туристов. «Вот через 5 лет посмотрите, какой будет развитый наш регион», — говорят крымчане.

Они ждут строительства моста через Керченскую переправу и радуются всем позитивным изменениям. И эти изменения тоже есть.

В Симферополе начали делать дороги. Бюджетники, военные и пенсионеры рады увеличению доходов — пенсии и зарплаты выше, чем в Украине, медицина бесплатная, в полном объеме предоставляются социальные выплаты и льготы.

Города стали чище — Симферополь моет коммунальные машины, как и во времена моего советского детства. «Национализированные» Массандра и Никитский ботанический сад привели в порядок, а на ЮБК запретили огораживать выходы к пляжам.

— Нам помогают все регионы России. Вот в Пенсионном фонде мне сказали, что пенсию мне платит бюджет Тулы, — поделилась соседка, которая в Украине получала минималку в размере 1,2 тыс. гривен, а сейчас — около 4 тыс. гривен. При этом, она не допускает мысли, что в Туле теперь недополучает зарплату какой-нибудь учитель или врач.

— Говорят, Украина будет полностью закрывать границу, — полушепотом, испуганно спросила крымская татарка Айше, торгующая овощами и фруктами на одном из популярных симферопольских рынков.

Связь с Украиной для нее — это не только источник заработка — она регулярно ездит за овощами в Херсон, — но еще и связь со своей страной.

— Крымским татарам приходится несладко, — сказала Айше. — Те, кто могут, выехали в Херсонскую область или на Западную Украину. Те, кто здесь, вынуждены терпеть все это. У нас забрали здание Меджлиса. Но мы не смирились.

Рыночные товары — колбасы, сыры, овощи, молочная продукция — везут с материковой части. Остальное — мясо, рыба — крымские.

«У вас тут все дороже, чем даже у нас в Москве», — сказала знакомая москвичка.

И, правда, цены в Крыму баснословные. Помидоры и огурцы, в гривневом эквиваленте, не дешевле 80 грн, молоко в магазинах — не меньше 30 грн за бутылку, хлеб — около 20 грн.

Некоторые супермаркеты полупустые. В других — пустых полок нет, но нет и ассортимента. Западного импорта практически нет. При этом, в магазинах довольно много людей, и голодающим Крым уж точно не назовешь.

Большие надежды крымчане возлагают на грядущий туристический сезон. В том, что он состоится, их активно убеждают нелегитимные власти.

В международном аэропорту «Симферополь» даже открыли новый терминал с пропускной способностью 50 рейсов в день. Летают в Крым только российские авиакомпании.

Купить билеты могут позволить себе не все. Например, добраться самолетом из Москвы в Симферополь стоит порядка 2,5 тыс. гривен (5 тыс. рублей). Но крымчан обнадеживают приехавшие на майские праздники туристы, в основном, жители приграничных с Украиной районов — из Краснодара и Ростова.

Не наш, но и не ваш

— Киев бросил украинских военных, — продолжает секретничать отставной полковник о том, как проходил захват полуострова. — Не все украинские военные части сдались. Я видел часть под Севастополем — у них из оружия фактически только украинский флаг, они в блокаде российской военной техники и как тогда говорили «вежливых людей». «Вежливые люди» в украинских военных стрелять не хотели. Вызвали меня в качестве переговорщика. Я им говорю, что судьба полуострова предрешена, что не стоит умирать, что вам дадут выйти. А мне их командир — у нас присяга. Они в Киев звонят, а Киев молчит.

Не могу проверить эти слова. Не знаю, как на них реагировать. И не хочу верить, что Крым не наш.

— А что я с ними могу сделать? Я в класс захожу — они все, и мальчики, и девочки в вышиванках сидят, — рассказала учительница одной из симферопольских школ, в которую пришла разнарядка российского Минобразования воспитывать «в духе русского патриотизма подрастающее поколение».

Кажется, крымчане скучают по Украине. Но возвращаться не хотят. По-разным причинам. Кто-то чувствует сопричастность с русской культурой. Кто-то считает, что Крым по праву принадлежит России. Кто-то боится бандеровцев.

Скучают по-разному — и ругают «хунту», и вспоминают украинские товары с ностальгией. Но жизнью в Украине интересуются все без исключения.

К сожалению, основные источники информации — только российские, и у большинства населения доверие к ним безоговорочное. Удивляются, ужасаются, сопереживают, ненавидят, любят, но без украинской повестки дня не обходится ни один день.

— Российское гражданство получать собираетесь?, — спросил российский пограничник несовершеннолетнего крымчанина.

— В моей стране запрещено двойное гражданство, — ответил парень.

Источник rbc.ua

Комментарии:

Внимание! Ваш e-mail не будет опубликован. *поля для обязательного заполнения!

Cancel reply